ГЛУХАРЬ — Tetrao urogallus L.

Местные белорусские названия «глушэц», «когут»

Глухарь—большая, с индюка, птица. Самец серовато- или буровато-черный с хорошо заметным белым подмышечным пятном, самка пестрая, с желтизной, хвост рыжий. С земли глухарь поднимается тяжело, шумно хлопая крыльями, с деревьев—как будто падая, затем выравнивается.

Вес и размеры: самцы — вес 3500—5100 (4100) г, известна добыча одного глухаря, весившего 6150 г; длина тела 580—640 (610) мм, крыла 330—410    (375),
хвоста 305—355 (320), цевки 70—100 (80) мм; самки (14)—вес 1500—2075    (1850) г,
длина тела 405—450 (420) мм, крыла 290—310 (300), хвоста 193—204 (215), цевки 55—70 (60) мм.

Немногочисленный оседлый вид, является самым крупным представителем боровой дичи. Наличие глухаря на территории—лучший индикатор состояния старых лесов, и там, где их нет, нет и глухаря. Литературные источники (Шнитников, 1913; Штамм, 1923; Кириков, 1959, 1960 и др.) свидетельствуют, что хозяйственная деятельность человека в прошлом, выразившаяся первоначально в росте заселенности территории, затем в сокращении лесов, исторически по-разному протекавшая в разных районах, но неизменно следующая в одном направлении, привела к резкому сокращению ареала птицы и ее численности. Там, где рубили старый лес, глухарь исчезал, несмотря на то что человек его не преследовал. В этом смысле условия для жизни глухаря в Белоруссии сложились несколько лучше, чем в южных районах европейской части СССР. На Украине, например, в XVIII столетии глухарь встречался близ Харькова, но уже к 1914—1915 гг. граница его распространения переместилась к северу до Полесья (Шарлемань, 1960). В этой местности недавно он встречался редко (Воинственский, 1949), а в настоящее время его почти не осталось (Жежерин, 1962).

Во второй половине XIX и в начале XX столетия (Тачановский, 1860; Сабанеев, 1876; Никольский, 1887; Карпов, 1903; Шнитников, 1913; Доманевский, 1933) глухарь встречался в большом количестве в Минской и Могилевской областях, Пинском районе Брестской области, Беловежской пуще и в Гродненской области.

В мало освоенных или неосвоенных человеком местностях, как, например, в Полесье, эти красивые лесные птицы попадались в большом числе и их, говорит Я. Доманевский, можно было «смело считать сотнями и даже тысячами». Сокращение площади старых лесов привело к уменьшению численности глухаря, и уже с 1915 по 1927 г. во всей восточной Белоруссии (кроме Борисовского района) в отдельных лесничествах птиц стало заметно меньше. С 1925 г. охота на глухаря запрещена. Это положительно сказалось на распространении птицы и ее численности в лесных массивах.

Учет глухарей на токах в апреле 1956—1957 гг. и наблюдения на местах показали, что с 1927 г. большого сокращения в распространении птицы не произошло. Сокращение коснулось преимущественно восточной Белоруссии, где оно составило 3,3% лесопокрытой площади лесничеств этой части республики (80 тыс. га государственных лесов). Оно относилось главным образом к территории бывшей Могилевской губернии. В этой связи следует упомянуть, что полученные ранее сведения (Станчинский, 1929) об отсутствии глухаря в северной части бывшего Речицкого уезда Гомельской области не подтвердились сборами в 1930 и 1952 гг.

В настоящее время глухарь отсутствует в районах Гомельской области, расположенных к востоку от Днепра, в северо-восточных районах Могилевской области, в южных, частично центральных районах Гродненской области, в южных районах Брестской, на пространстве между городами Пинск и Брест. На остальной территории глухарь встречается то в большем, то в меньшем числе.

Весной 1956 и 1957 гг. в республике обнаружено 389 токов глухаря, на которых подсчитано 2928 птиц. Наибольшее количество птиц сосредоточено в лесных массивах Витебской области и центральных районах Белорусского Полесья. Количество птиц (самцов и самок) на 1000 га лесопокрытой площади составляло: в Гомельской области — 0,5 экземпляра, в Брестской — 0,7, в Гродненской — 0,4, Минской — 0,6, Могилевской — 0,7 и в Витебской — 1, а в целом по республике 0,6 экземпляра.

В настоящее время лучшие глухариные места сохранились на заповедных территориях или бывших значительное время заповедными, в труднодоступных и по этой причине малоосвоенных местностях. В заповедно-охотничьем хозяйстве «Беловежская пуща», издавна славившемся величественными лесами и обилием птицы (Карцов, 1903), весной
1952 г. учтено 28 глухариных токов, подсчитано 197 самцов. На 1000 га лесопокрытой площади их приходилось 8,2 экземпляра (Гаврин, 1956). В последующие годы количество токов в хозяйстве колебалось от 34 в 1953 г. до 22 в 1959 г., отмечалось естественное смещение токов. Все же численность птиц в хозяйстве осталась значительной еще и теперь. Известны тока, на которых собирается до 25 птиц.

В Березинском заповеднике, территория которого подвергалась большому хозяйственному воздействию, глухаря не меньше, чем в пуще. Старожилы признают его исконным обитателем этой территории. В 1932—1933 гг. здесь на токах (Сержанин, 1947) собиралось по 10 и более (до 20) птиц (урочище «Великий мох»).

Учет глухарей весной 1959—1960 гг. показал еще большую, свыше 25 птиц, мощность отдельных токов (урочища «Великая Река», «Лосиные ямы»). В 1959 г. в Березинском заповеднике учтено 32 тока, на которых подсчитано 280 самцов и самок, в 1960 г.—34 тока с 287 птицами.

Литературные данные (Доманевский, 1933), анкетные сведения и наши сборы свидетельствуют об аналогичной мощности глухариных токов и на моховых болотах в Столинском районе (урочище «Будынки», Мерлинские хутора, урочища «Васьков Рог» и «Красная Соломе»), весной труднодоступных из-за большой воды и в силу этого малопосещае-мых людьми.

Значительное количество глухаря при мощности токов в 10—45 птиц сохранилось в лесных массивах Лельчицкого, Житковичского районов Гомельской области, в Ивацевичском, Лунинецком районах Брестской, в Бобруйском, Светлогорском районах Могилевской, в Пуховичском, Воложинском и Крупском районах Минской, в Полоцком, Лепельском, Бешенковичском, Глубокском и Витебском районах Витебской области. Значительно меньше его в других местах.

Анализ современного размещения глухаря свидетельствует о влиянии на распределение его площади спелых и приспевающих насаждений сосны. Не случайно в Белоруссии ареал глухаря совпадает с основными массивами сосновых лесов. Сосна как в чистом виде, так и в смешении с другими породами образует все предпочитаемые птицей биотопы. Это прежде всего боры по суходолам (черничники, верещатники, брусничники, беломошники, зеленомошники) и болотные сосняки (сфагновые, голубично-сфагновые, багульниково-сфагновые — «морочно», осоковосфагновые), субори на севере республики, сосново-дубовые и елово-дубовые леса на юге. В чистых ельниках, ольшаниках, березняках глухарь не держится, а если попадается, то случайно.

Глухарь тесно связан с лесом, является символом его девственности и величия. За пределами леса он не встречается. О единственном и труднообъяснимом случае сообщил И. Н. Сержанин. Летом 1945 г. в Минске в зарослях бурьяна среди разрушенных в период воины зданий были добыты две глухарки.

Глухарь живет в одиночку или небольшими в 3—9 экземпляров группами, как правило, большими зимой. В этот период птицы держатся густых древостоев сосны на окраинах моховых болот, здесь кормятся и ночуют.

Признаки полового возбуждения птиц заметны иногда в конце февраля (29.11 1948). Об этом свидетельствуют хорошо известные охотникам «наброды»—следы на снегу, которые оставляют глухари, прохаживаясь и касаясь поверхности крыльями. Вначале они появляются в разных местах, затем только в одном, избранном для токов. Все-таки «наброды»—это предвестники токования. Настоящие же тока начинаются позже, спустя месяц. Средняя дата начала токов за последние 11 лет (1949— 1960) приходится на 20 марта. Крайние сроки находятся между 13 марта и 13 апреля, определяются общим ходом весны и состоянием снежного покрова. В средней Белоруссии, например, в сравнительно позднюю весну 1949 г. глухари начали токовать 25 марта, в обычные по погодным условиям весны 1950, 1956 и 1957 гг.—соответственно 22, 19 и 20 марта, в необычайно позднюю весну 1958 г.— 16 апреля, а в Jlo-гойском районе Минской области—даже 19 апреля (Дучиц, 1959). Аналогичное явление в ту весну наблюдалось и в Беловежской пуще. Здесь глухари начинают петь обычно 15 марта (Гаврин, 1956), а в 1958 г. тока начались спустя месяц—13 апреля. При этом, конечно, сказывается и географическое положение местности. На севере (Витебская область) глухари начинают токовать между 25 и 30 марта, на юге (Полесье) — между 13 и 20 марта.

Разгар токов в обычные годы бывает между 16 и 26 апреля, конец— 16—17 мая. Различают три периода токования: 1) от начала песни самцов до вылета глухарок на тока; 2) разгар токования, когда в нем участвует основная масса птиц и глухарки вылетают на токовище; 3) угасание токов, когда глухарки перестают вылетать на тока, песня самцов становится вялой, затем совсем прекращается.

В избранное для токования место глухари слетаются вечером. На токовище птицы садятся за час или два до захода солнца, иногда 30— 40 мин спустя. На токах в средней Белоруссии вылет птиц в разгар токования 16—23 апреля отмечен между 20 час 10 мин и 20 час 40 мин, т. е. спустя 40—45 мин после захода солнца. В последующем разница между заходом солнца и вылетом птиц во времени постепенно сокращается.

Находясь вблизи токовища, можно видеть, как тяжелые птицы, почти касаясь вершин, «тянут» над лесом и с шумом опускаются на деревья. Первая прилетевшая птица опускается в центре токовища, все другие поблизости, в 100—200 м одна от другой. Дружный вылет птиц на токовище означает хороший ток утром следующего дня. Но так бывает в тихие, теплые и ясные вечера, в другую погоду лёт вялый.

За час до восхода солнца (в апреле с 3 до 3 час 40 мин) на токовище можно услышать щелканье самцов, доносящееся из лесной темени. Оно производится клювом и напоминает удар ногтя о неполную спичечную коробку. Вначале оно несмелое, повторяется через длительные промежутки времени и тогда кажется, что птица прислушивается. Если птицу не потревожили, то щелканье учащается, переходит в настоящую глухариную песню. Более громкий удар клюва после учащенного щелканья—это конец первой ее части, вслед за которым следует «точенье» или «скжижиканье». В это время, измеряемое секундами, глухарь ничего не слышит, однако неплохо видит и не теряет свойственной ему осторожности.

С рассветом между 5 и 6 час на токовище появляются глухарки, громкое «коханье» которых оглашает окрестности. Это стимулирует токование. Самцы спускаются на землю. Между ними завязываются драки. Самцы токуют как на деревьях, так и на земле, спаривание же происходит на земле, причем как на токовище, так и за его пределами.

Размеры токовища определяются числом участвующих на току птиц, особенностями избранного участка и колеблются от 27 до 200 га. Случается иногда, что токовище глухарей простирается на 2 лесных квартала. Место тока чаще всего располагается на моховом болоте, в переходной между ним и суходолом полосе, занятой болотной сосной. Расположение токов постоянно. В Беловежской пуще, отмечает В. Ф. Гаврин, известны тока, которые существуют до 55 лет.

Тяготение глухарей к сосновым лесам определяет выбор мест гнездования. Последние сходны по составу растительности с токовищами. В этом смысле глухарь более консервативен, чем тетерев. Известные нам 20 глухариных гнезд, найденные не далее 300—450 м от групповых токов, размещались в борах (черничниках, верещатниках), сосняках багульниковых, а также в суборях, которые как место гнездования более характерны для глухарей, обитающих в северной части республики.

Гнезда устраиваются на земле, у основания дерева с южной, восточной или западной его стороны, бывают скрыты в проекции кроной дерева, нередко защищены небольшими деревцами подроста (ель) или же веточками багульника, вереска, черники, голубики. Скромная (диаметром в 20—30 см) гнездовая постройка—небольшое углубление в почве или на кочке. Выстлано оно либо хвоей сосны, либо листьями черничника, багульника, опавшими листьями березы, либо всем вместе.

Глухарка несет по одному яйцу в день. Размер яиц — 60,5—55,6 на 42.1—40,9 мм. Исключением является одно мелкое яйцо (40×33 мм), обнаруженное в числе других в кладке птицы из Березинского заповедника. Птицы несут обычно 8—9 яиц, максимум 12. Средняя величина кладки 8,3. В 1949 г. начало кладки отмечено 14 апреля, в 1950 г.—26, в 1957 г. —27, в 1959 г.—14 мая. Глухарка насиживает 24 дня. Вылупле-ние птенцов происходит между 20 мая и 3 июня. Вылупившиеся глухарята весят 33—35 г и так же, как птенцы тетерева, чувствительны к холоду и влаге. Поэтому они нередко гибнут при обильных и продолжительных дождях. Активными глухарята бывают только после спада росы, когда перебираются на «грудки» среди болот. Самка к ним очень привязана. При неожиданной встрече с человеком глухарка громко хлопает крыльями и, беспорядочно двигаясь по земле, отводит от него выводок, который моментально, «горохом» рассыпается кто куда.

При этом поведение птенцов в отдельных случаях кажется бессмысленным. Они прижимаются к земле, притаиваются даже тогда, когда окружающая обстановка их демаскирует. Но так бывает не всегда. Опытный объездчик Кошаро-Ольманского лесничества Столинского лесхоза А. Корженевич сообщил нам, что некоторые птенцы неожиданно встреченного им выводка опрокинулись на спину, прикрылись прошлогодними листьями и оказались незаметными. В этом случае поведение птенцов было, разумеется, целесообразным, особенно если учесть, что в 2—3-дневном возрасте они не оставляют запаха и не могут быть обнаружены собакой и, вероятно, зверем. К 10-му дню жизни птенцы уже подлетывают.

В результате неблагоприятных погодных условий и нападения хищников имеет место отход молодняка, особенно в первые месяцы его жизни. В Беловежской пуще, например, в 1952 г. (Гаврин) погибло 45% глухарей, так что в августе число их в выводках не превышало 4—5 штук. Аналогичное явление наблюдалось и в других местах. Например, средний показатель отхода молодняка на остальной части БССР за 1955—1959 гг. составил в июне 20,5, в июле 10,8%, поэтому в выводках в эти месяцы было 7 или 6 глухарят.

В период, когда самки заняты воспитанием молодняка, самцы держатся обособленно, забираются в чащи, где и линяют. Особенно интенсивно линька самцов протекает в первой половине июля. На крыло они поднимаются неохотно. Как удалось установить, к середине июля (10— 14.VII) вследствие выпадения перьев хвоста и частичной смены перьев на крыльях глухари полностью теряют способность к полету. Одного из таких линных самцов мы поймали в Столинском районе (12.VII). Самки способности к полету не теряют, так как линька у них начинается раньше п протекает медленнее. Молодняк к середине июля почти полностью меняет пуховой наряд на ювенальный, который в свою очередь постепенно заменяется нарядом взрослой птицы. Отчетливые признаки пола заметны в окраске птиц, добытых во второй половине июля. Корма, потребляемые глухарем, не очень разнообразны (исследовано содержимое 46 зобов птиц). Установлено поедание птицами 20 видов растительных (хвоя и побеги сосны, ягоды можжевельника, листья осины, пупышки и листья ив, цветы и листья багульника, подбела, листья брусники, ягоды клюквы, листья, ягоды и стебельки черники, соцветия пушицы, цветы сон-травы, листья папоротника, листья, цветочные почки и цветы калужницы, листья лесной герани, плоды осок, лютиков, фиалок) и 15 видов животных кормов, поедаемых молодыми птицами (листоеды, долгоносики, жужелицы, клопы, перепончатокрылые (пилильщики) и т. д.), значение которых различно по сезонам.

Поздней осенью, зимой и ранней весной (март) основной корм глухарей — хвоя сосны. В апреле наряду с хвоей и клюквой птицы охотно ощипывают соцветия пушицы, в изобилии встречающейся на моховых болотах (Кирнков, 1929). Кроме того, птицы собирают цветы сон-травы. Начало поедания их глухарями некоторые охотники связывают с окончанием хорошей глухариной песни. В мае наряду с этими растениями глухари все чаще поедают листики и молодые побеги черники, а в июне и особенно в июле с появлением на растениях ягод почти полностью переключаются на питание ими. До середины октября глухари кормятся листьями осины. Именно в этот период известны регулярные вылеты птиц на осинники. В октябре птицы собирают созревшую на болотах клюкву, поедают также хвою сосны. Они ощипывают ее не только на высоких деревьях, отчего верхушки становятся оголенными, но и на молодых, посещая для этого питомники и лесопосадки.

Естественными врагами глухаря являются лисица, куница, рысь, возможно, енотовидная собака, ястреб-тетеревятник, а по свидетельству В. Ф. Гаврина (1956), и обыкновенный канюк.

В настоящее время, несмотря на некоторую стабилизацию численности глухаря, охота на него в республике запрещена.

Систематические заметки. По размерам, весу и окраске оперения глухари Белоруссии близки к таежным (Семенов-Тянь-Шань-ский, 1938) и относятся к подвиду Tetrao urogallus L. Глухари из юго-западных и западных районов республики, как об этом указывал еще и Цедлитц (1920), занимают промежуточное положение между таежным и чернобрюхим западноевропейским Т. urogallus major L. Об этом свидетельствуют сравнительно крупные размеры добытых в этих районах птиц (Семашко, 1956), отмеченных, например, для условий Беловежской пущи как подвид чернобрюхий глухарь, но все-таки отличных от птиц Польши.